Железный человек с горячим сердцем

09 Октября 2018

В горах Памира в Таджикистане 12 августа потерпел крушение вертолет, перевозивший участников международного альпинистского лагеря. Эта авария унесла жизни нескольких человек, но были и те, кому посчастливилось выжить. Среди них оказался спасатель из Бурятии — начальник Бурятской республиканской поисково-спасательной службы Павел Шубин. Не обращая внимания на тяжелейшую травму позвоночника, он помогал раненым, оказавшимся на грани жизни и смерти.

Смертельное «молоко»

Павел Шубин — альпинист с большим стажем. Ровно 35 лет назад он впервые пошел в горы и заболел альпинизмом. Как только появляется возможность, он рвется к новым заснеженным вершинам. В этом году решил провести отпуск в горах Таджикистана. Рванул на Памир, но не простым альпинистом, а гидом.

— Решил совместить полезное с приятным, — рассказывает Павел. — В международном альпинистском лагере нас, гидов, было около десяти человек. Мы отрабатывали маршруты на два семитысячника, которые находятся в 15 км друг от друга. Это пик Корженевской (7105 м) и пик Исмоили Сомони (7495 м) — прежний пик Коммунизма, самая высокая точка бывшего Советского Союза.

Когда обе вершины были покорены, альпинисты и их гиды начали выезжать с базового лагеря. 12 августа на вертолете Ми-8 Павел Шубин вместе с коллегами вылетел домой. На борту находилось 15 альпинистов (россияне, испанец и белорус) плюс трое членов экипажа из Таджикистана. Ничего не предвещало беды — погода была летная, и вертолет поднялся в небо. Вскоре машина попало в «молоко», видимость снизилась практически до нуля. Вертолет должен был пересечь перевал высотой примерно пять тысяч метров. Пришлось лететь на предельно низкой высоте вдоль ледника, большая облачность не позволяла подняться выше. Вдруг вертолет ударился стойкой о льды, потерял управление, закрутился и врезался в ледник. Хвостовая балка разрушилась, альпинисты, находившиеся в момент аварии в хвостовой части машины, вылетели наружу и практически сразу погибли. Момент крушения зафиксировала экшен-камера, на которую Павел Шубин снимал из иллюминатора горные вершины.

— Когда я почувствовал, что мы летим на пределе и сейчас может произойти непоправимое, я, видимо, забыл ее выключить. Практически все, кто находился в машине, слабо помнят момент крушения. В первый момент все, кто ударился, были без сознания. Мне казалось, я помню все, но когда позже просмотрел видео, понял, что примерно две минуты был без сознания. На моей записи слышны стоны и крики людей о помощи, — вспоминает спасатель.

На месте трагедии

Когда Павел пришел в себя, перед ним предстала страшная картина. Вертолет лежал на боку, рядом — раненые альпинисты, повсюду разбросаны вещи. Превозмогая жуткие боли в спине, он машинально пошел помогать людям. В глазах двоилось от контузии, было ощущение, что от удара оторвалась почка. Думать о своих травмах не было времени.

— Я увидел, что пилот лежит, прижатый вертолетом, — рассказывает он. — Попытался вытащить его в одиночку, не получилось. Вместе с борттехником и еще одним гидом попробовали приподнять вертолет, подтащили лопасти, но безуспешно. Через 20 минут пилот умер.

Спасатель пошел осматривать других пострадавших. У двенадцати выживших были различные травмы, почти у всех — переломы ребер и сотрясение мозга. Шубин нашел свой рюкзак с аптечкой и начал делать обезболивающие инъекции тем, кому они были необходимы.

Спасатель признается: он не один помогал людям. Те, кто мог ходить, в ненастье и ветер устанавливали палатки для раненых. Высокая влажность сковывала одежду, многие из пострадавших долго не могли прийти в себя. Павел и сам с трудом передвигался, наклоняться и уж тем более поднимать тяжести он не мог. Ставил уколы, стоя на коленях. Только позже он понял всю серьезность своего состояния.

Еле живой

Ждать помощи к вечеру было бесполезно — плотной стеной шел снег. Ночь пришлось провести в горах. Утром встало солнце, погода наладилась. Стало понятно: раненых обязательно найдут. Сразу после крушения по спутниковым телефонам удалось связаться с фирмой — организатором лагеря, с экстренными службами, которым были переданы точные координаты падения вертолета. Неизвестно, по каким причинам, но спасительные вертушки, вылетевшие вскоре на поиски пострадавших, не замечали обломков и пролетали дальше.

— Вся надежда была на аварийные дымовые сигналы с разбившейся машины. От удара они отлетели вместе со створками вертолета метров на тридцать. Только когда я нашел их, нас, наконец, заметили с воздуха, — вспоминает спасатель.

Первая вертушка села на место крушения только в середине дня. Следом — вторая, третья. Пострадавших погрузили на борт и доставили в Душанбе, где передали врачам. Несмотря на дикие боли, Павел отказался от госпитализации — побоялся. Дело в том, что его позвоночник держался на металлической конструкции. Как выяснилось позже, от сильного удара о ледник толстые железные стержни сломались. Если бы не они, перелома позвоночника было бы не избежать. Стержни установили в 2009 году, когда при подготовке к учениям спасатель получил производственную травму. Тогда из-за резкого порыва ветра сложился купол его мотопараплана, и Павел упал с высоты 25 м. С компрессионным переломом поясничного позвонка его доставили в Республиканскую клиническую больницу им. Н. А. Семашко, где нейрохирурги провели сложную операцию. Через несколько месяцев спасатель полностью восстановился и продолжил работу в поисково-спасательной службе.

Это нормально — помогать попавшим в беду

— В Душанбе я написал отказ от госпитализации. Я знал, что у меня в спине болты, и посчитал, что лучше покажусь своим врачам, которые когда-то установили мне эту металлическую конструкцию, — говорит спасатель. — Сейчас восстанавливаюсь после травмы. По совету врачей потихоньку начал заниматься физкультурой, катаюсь на горном велосипеде. Благо у меня рядом с домом горы и лес.

На вопрос, рискнет ли он вновь совершить восхождение в горы, Павел удивился:

— Конечно! А разве может быть иначе? Это уже неизлечимо. Человек, который серьезно начал ходить в горы, не может без них прожить. Я знаю многих альпинистов, которым уже за семьдесят, и они продолжают заниматься любимым делом. Конечно, каждое восхождение сопряжено с риском. Там и лавины, и камнепады, и трещины, и ледовые обвалы. Но это того стоит.

Вспоминая трагедию в горах, он посоветовал не заострять внимание на его персоне:

— Ничего особенного в том, что я сделал, нет. Это нормально — помогать людям, попавшим в беду.

 

Любовь Ульянова, «Номер один»

Фото из личного архива Павла Шубина



Опрос

Ка вы оцениваете нынешнее состояние здания вашей пожарной части или ПСО?
Ответить
Если здание вашей пожарной части было недавно отремонтировано, как вы оцениваете его качество?
Ответить

Календарь

« Январь »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031