Зарево ярче солнца

24 Января 2019

Характерный воздушный гриб, могучая ударная волна, сметающая целые кварталы и тысячами убивающая и калечащая их обитателей... Нет, это не описание последствий ядерного взрыва, а рассказ очевидцев о морской катастрофе, которая более века назад приключилась у берегов Канады.

Навигационная авария

Утро 6 декабря 1917 года для жителей Галифакса, казалось, не предвещало никаких неожиданностей. Уже в те времена, будучи начальным пунктом канадской межконтинентальной железной дороги, этот город считался морскими воротами страны, через которые ежедневно проходили десятки судов. А после начала Первой мировой войны он стал и важнейшей базой британского флота на западном побережье Атлантического океана. Именно в Галифаксе формировались конвои, доставлявшие оружие и снаряжение из США и Канады в Великобританию и Францию.

В 8.10 утра норвежский пароход «Имо» отчалил от пристани Галифакса. Стремясь наверстать потерянное накануне время, капитан Хакаан Фром существенно превысил допустимую скорость, совершенно не учитывая того, что из-за пустых трюмов у корабля была минимальная осадка и он плохо слушался руля. Вскоре норвежские моряки увидели корабль, осторожно двигавшийся по фарватеру, ведущему вглубь гавани. Это был французский «Монблан».

Загрузившись в Нью-Йорке, он спешил в Галифакс, чтобы присоединиться к конвою, направлявшемуся в Европу. Вообще, по установленным стандартам безопасности, этот корабль не имел права входить в порт, так как был буквально набит взрывчатыми и огнеопасными грузами. На его борту находились 2300 т пикриновой кислоты, 200 т тринитротолуола, 35 т бензола, 10 т порохового хлопка. Но британские власти, вероятно, сочли, что в военное время правилами безопасности можно и пренебречь. Очень скоро им пришлось в этом раскаяться.

Вот как описывает произошедшее известный американский капитан Феликс Ризенберг: «Во время официального расследования капитан «Монблана» заявил, что его судно находилось с правой стороны фарватера, примерно в 120 футах от берега Дартмута, что он видел правый борт «Имо» примерно в двух румбах с левой стороны скулы на расстоянии полмили и что «Имо» пересекал его курс, направляясь в сторону Дартмута. «Монблан» дал один короткий гудок, показывая, что изменяет свой курс вправо, и уменьшил ход. «Имо» ответил двумя короткими гудками, перебивая его, в нарушение всех правил...

«Монблан» стал поворачивать вправо, а «Имо» влево. Суда быстро сближались. Капитан «Монблана» остановил машину. Когда расстояние между судами составило 150 футов, «Монблан» дал два гудка. Расстояние между судами уже составляло 50 футов, оба сближались правыми бортами. «Имо» дал три коротких гудка и задний ход. То же самое сделал и «Монблан». Его руль был положен на правый борт, чтобы отвести нос от другого судна. Но было поздно: суда столкнулись».

Корабль в огне

На первый взгляд, ничего ужасного не произошло: форштевень норвежского парохода пробил борт «Монблана», но так как пробоина была выше ватерлинии, она не грозила затоплением. Опасность подкралась с другой стороны — от резкого толчка опрокинулось и разлилось несколько бочек с бензолом, стоявших на носовой палубе. Просочившись сквозь нее, огнеопасная жидкость стекла в трюм, на коробки с пикриновой кислотой. Выдергивание форштевня из пробоины сопровождалось целым снопом искр, которые немедленно привели к воспламенению бензола. Над пароходом поднялся стометровый столб черного дыма.

Понимая, что подобный пожар уже невозможно погасить, капитан «Монблана» Ле Медэк приказал команде немедленно сесть в шлюпки. Тем временем обреченный корабль течением вынесло на деревянный пирс, который немедленно загорелся.

Впрочем, со стороны ситуация не казалась сколь-нибудь опасной, и набережные были буквально облеплены зеваками, собравшимися поглазеть на живописное зрелище.

О надвигающейся трагедии на берегу догадывались только три человека — командующий базой контр-адмирал Чендерс, начальник штаба капитан Вайят и старший офицер связи капитан-лейтенант Мюррей. Последний находился в это время на буксире «Хилфорт». Увидев горящий «Монблан», он немедленно причалил к ближайшему пирсу и побежал в диспетчерскую, остановив по пути какого-то матроса и приказав ему оповестить всех о надвигающейся опасности.

«Бегите, бегите все! Бегите прочь! Начальник сказал, что это дьявольское судно загружено взрывчаткой, и оно сейчас взорвется!» – кричал матрос.

 

Врез

Запись в бортовом журнале английского лайнера «Акадия», находившегося в момент взрыва в 15 милях от Галифакса: «Сегодня утром, 6 декабря 1917 года, в 9 часов 6 минут, на горизонте в стороне залива я увидел зарево, которое казалось ярче солнца. Через несколько секунд над Галифаксом взметнулся гигантский столб дыма, увенчанный яркими языками пламени. Эти языки сразу же исчезли в серо-черных клубах дыма и через несколько мгновений снова появились в небе в виде многочисленных вспышек. Над городом медленно вздымался черный гриб дыма. Потом до нас донесся звук двух последовавших один за другим глухих раскатов взрыва. По определению секстаном высота этого черного гриба составила более двух миль. Он висел над городом неподвижно в течение 15 минут».

 

Погребальный звон

От взрыва мощностью в одну седьмую атомной бомбы, сброшенной на Хиросиму, на какое-то время даже обнажилось дно гавани. О его силе можно судить по тому, что части корабельных конструкций «Монблана» были найдены в 12 милях от берега. Впрочем, на очевидцев гораздо более сильное впечатление произвело другое явление — взрывная волна раскачала колокола, и в радиусе 60 миль на всех церковных колокольнях сам собой раздался жалобный, траурный перезвон.

Особенно пострадал северный район Галифакса Ричмонд. Там рухнуло здание сиротского приюта, заживо похоронив всех его обитателей. В трех разрушенных школах из 500 учеников уцелели только 11. В литейном цехе расположенного рядом с пирсом завода из 75 человек спаслись, пусть и получив тяжелые ранения, всего шестеро.

Серьезные повреждения получили и корабли, стоявшие в гавани. Особенно пострадал крейсер «Хайфлаер», на котором погибли 20 и получили ранения 100 моряков.

Из-за коротких замыканий в электросети и жара от разрушенных печей одновременно вспыхнули сотни пожаров. Лишь благодаря героизму железнодорожного диспетчера Патрика Коулмана удалось предотвратить еще и железнодорожную катастрофу. Узнав от убегавших моряков о грузе «Монблана», он начал рассылать телеграфные сообщения, чтобы предупредить прибывающий из Сент-Джонса пассажирский поезд. В его послании говорилось: «Остановите поезд. Корабль с боеприпасами в гавани направляется к пирсу № 6 и взорвется. Полагаю, это мое последнее сообщение. Прощайте, парни». Он погиб при взрыве, но ценой собственной жизни спас более 300 пассажиров.

Спасательная операция

Первыми к проведению спасработ приступили пожарные. Еще до того как прогремел взрыв, они выехали к горящему пирсу, чтобы остановить распространение пламени. В числе погибших был и экипаж первого в Канаде пожарного автомобиля «Патриция». Всего в тот день при исполнении служебных обязанностей погибли девять пожарных. Уцелевшие огнеборцы немедленно принялись за ликвидацию последствий катастрофы.

Вскоре к ним присоединились моряки, а также солдаты местного гарнизона. Спустя три часа после взрыва генерал-губернатором Канады была создана специальная комиссия по оказанию помощи Галифаксу. Со всех концов страны, а также из США туда направлялись поезда с гуманитарной помощью и специалистами, в первую очередь — медиками.

Работу спасателей крайне осложнила непогода — 7 декабря ударили морозы, и начался снежный буран, отрезавший разрушенный город от внешнего мира, а через сутки со стороны океана налетел сильнейший шторм. Поэтому многие пострадавшие погибли под завалами от переохлаждения.

Всего в результате катастрофы погибли 1950 человек, еще около 9 тысяч получили ранения. 1630 домов были разрушены, 12 тысяч повреждены. Благодаря усилиям канадского и британского правительств восстановление было проведено в чрезвычайно быстром темпе. Уже 9 декабря возобновил работу железнодорожный вокзал, а спустя две недели заработал и морской порт. В течение двух лет город был восстановлен с применением всех новейших на тот момент технологий. Любопытно, что если до взрыва наиболее пострадавшая северная часть города была неблагополучным районом, в котором проживал в основном простой люд, то после реконструкции она стала фешенебельной и крайне престижной частью Галифакса.

В память об этом страшном событии в городе построено несколько монументов, один из которых, посвященный погибшим при взрыве огнеборцам, установлен в пожарной части Галифакса.

 

Владимир Другак,

по материалам книги Льва Скрягина «Как пароход погубил город»

Фото из Национального архива Канады



Опрос

Ка вы оцениваете нынешнее состояние здания вашей пожарной части или ПСО?
Ответить
Если здание вашей пожарной части было недавно отремонтировано, как вы оцениваете его качество?
Ответить

Календарь

« Октябрь »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031